В это время, столь плодотворное, Яков Карлович впервые прикоснулся к Державину и Фонвизину, их великие тени встали перед ним - как живые. Грот погрузился в уныние.

- Я все-таки нуждаюсь в России, - сказал он матери. - Только на родине оживут эти скорбные призраки. сих великих!

В один из приездов в Петербург он навестил Николашу Семенова, переводившего Адама Мицкевича, познакомился и с его отцом Петром Николаевичем, офицером Измайловской лейб-гвардии.

- Автор "Митюхи Валдайского", - браво представился тот.

Грот раскланялся, поговорил с его вторым сыном Петром (будущим графом Семеновым-Тян-Шанским) о голландской живописи.

- У нас сегодня гости? - вдруг послышалось за спиной.

- Жених! - захохотал автор "Митюхи Валдайского".

Милая и умная Наташа Семенова стала женою Грота, и весною 1850 года молодожены уплыли в Гельсингфорс. Каролина Ивановна даже плакала от счастья. Семейная жизнь быстро наладилась: Яков Карлович, как профессор, получал в год 2500 рублей, они снимали отдельный дом из десяти комнат с садом и конюшней, завели экипаж и лошадей. Каково же было удивление Грота, когда Наташа поднесла мужу 1 рубль 40 копеек.

- Что это значит? -удивился Яков Карлович.

- Прости, но я. я тоже писательница. Это мой первый гонорар. Я пишу для детей, благо у нас скоро появятся дети.

Рождение сыновей совпало с тем временем, когда Яков Карлович увлекся познанием греческого и древнейшего санскрита. Первенец Николаша родился в 1852 году (будущий философ и психолог), через год родился второй сынок Костя (в будущем филантроп, создатель училищ для слепых и глухонемых). Яков Карлович говорил жене, что Гаврила Державин измучил его загадками своей бурной жизни, но ехать в Россию, дабы поднять его прах из архивной пылищи, сейчас нельзя, ибо матушка болеет: